ЖЕНЕВА – После двух с половиной лет локдаунов, карантинов и обязательного ношения масок миллиарды людей во всем мире вернулись к своей нормальной жизни. Но во многом, это вновь обретенное чувство постпандемической нормальности вводит в заблуждение. Победа над COVID-19 не означает конец нашей нынешней эпохи глобальной нестабильности, это скорее конец начала.
Безусловно, важно помнить, что битва с COVID-19 еще далека от своего завершения. В 2022 году было инфицировано больше людей, чем в предыдущие два года вместе взятые, и хотя вакцины снизили уровень смертности, в этом году после заражения вирусом во всем мире умерли более миллиона человек. И по мере того, как правительства начинают внедрять обновленные ускорители, мир должен готовиться к серьезному осеннему всплеску и возможному появлению новых опасных вариантов.
Но даже если COVID-19 вскоре исчезнет, нашей целью не должно быть возвращение к прежнему статус-кво. В допандемическом мире правительства и сообщества были крайне плохо подготовлены – не только к смертоносному патогену, но и к взрывоопасному слиянию политического и экономического кризисов. Если мы будем и впредь рассматривать окончание этой пандемии как нашу единственную цель, новая нормальность будет столь же хрупкой, как и старая.
Мировые лидеры должны признать, что пандемия отнюдь не являясь исключением, может быть предвестником. Несмотря на то, что COVID-19 продолжает распространяться, вероятность новой пандемии каждый год увеличивается на 2%. Более того, угроза новых пандемий является лишь одной из нескольких надвигающихся катастроф, включая изменение климата, войну и отсутствие продовольственной безопасности, которые сговорились сделать социальную и экономическую стабильность делом прошлого. Попросту говоря, мир не готов.
В любом кризисе первоочередной задачей должна быть защита тех, кто подвергается наибольшему риску. Но, как показали COVID-19 и изменение климата, наиболее уязвимые из нас зачастую страдают в первую очередь. И если адекватные механизмы защиты не будут введены до того, как разразится кризис, беднейшие страны мира, скорее всего, получат помощь последними.
Пандемия является тому примером. Вместо того, чтобы заранее разработать справедливый глобальный ответ, лидерам пришлось бороться за обеспечение того, чтобы страны с низким уровнем дохода могли получить доступ к вакцинам. Несмотря на огромные проблемы, Центр глобального доступа к вакцинам против COVID-19 (COVAX) добился значительных успехов. На сегодняшний день COVAX поставил более 1,75 миллиарда доз вакцины в 146 стран. Из них 1,5 миллиарда пришлось на 92 страны с низким уровнем дохода. К январю 2022 года COVAX помог странам с низким уровнем дохода достичь среднего уровня вакцинации в 20%, достаточного для защиты наиболее уязвимых групп.
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Но в следующий раз, когда мы столкнемся с глобальным кризисом, мы должны действовать быстрее и решительнее. Крайне важно, чтобы любой потенциальный механизм защиты был полностью профинансирован или, по крайней мере, располагал заранее утвержденным резервным финансированием с тем, чтобы страны с низким уровнем дохода немедленно получили доступ к спасательным контрмерам. Однако разработка адекватных глобальных мер реагирования также требует изменения мышления. Даже сейчас, когда лидеры G20 планируют, как подготовиться к будущим пандемиям, нет никаких детальных предложений, касающихся того, как беднейшие экономики мира будут получать вакцины.
К счастью, сам COVAX предоставляет полезную модель для разработки будущих механизмов защиты. Считая своей основной целью защиту самых уязвимых людей в мире, COVAX помог обеспечить полную вакцинацию 63% пожилых людей и 75% медицинских работников в странах с низким уровнем дохода. Несмотря на то, что развертывание вакцинации могло пройти быстрее, тот факт, что 76% доз, доставленных в страны с низким уровнем дохода, поступили через COVAX, показывает, что без него могли бы пострадать сотни миллионов людей.
Но если бы COVAX был создан и полностью профинансирован до пандемии, его воздействие могло бы быть еще больше. COVAX работал, потому что он был построен на глобальных сетях здравоохранения, которые уже существовали и обладали ресурсами, опытом и инфраструктурой для развертывания быстрых глобальных усилий. Но эти усилия привели к предельной нагрузке на эти агентства. Если бы эти организации располагали потенциалом для оперативного реагирования и резервным финансированием, ответные меры могли бы быть более быстрыми и эффективными.
Готовность идти на риск имеет решающее значение. С помощью COVAX должностные лица обеспечили миллиарды доз вакцины, не зная, сработают ли эти вакцины и сколько доз потребуется. Но экономические, социальные и политические последствия того, что миллионы людей могут заболеть или оказаться перемещенными, обошлись бы гораздо дороже.
Несмотря на то, что модель COVAX не является универсальным решением для будущих бедствий, она все же предлагает полезные уроки, которые могут быть применены к кризисам, выходящим за рамки общественного здравоохранения. Например, субъекты частного сектора во главе с Stripe, Alphabet, Shopify, Meta и McKinsey изучают возможность использования Climate Advance Market Commitment, которое будет продвигать и инвестировать в климатические решения на основе инновационного механизма финансирования COVAX.
Какую бы политику мы ни проводили для того, чтобы подготовиться к будущим глобальным кризисам, мы должны делать это оперативно. Нравится нам это или нет, следующая катастрофа – это лишь вопрос времени. Подготовка к ней должна стать нашим новым обычным делом.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Donald Trump’s attempt to reindustrialize the US economy by eliminating trade deficits will undoubtedly cause pain and disruption on a massive scale. But it is important to remember that both major US political parties have abandoned free trade in pursuit of similar goals.
argues that America’s protectionist policies reflect a global economic reordering that was already underway.
Donald Trump and Elon Musk's reign of disruption is crippling research universities’ ability to serve as productive partners in innovation, thus threatening the very system that they purport to celebrate. The Chinese, who are increasingly becoming frontier innovators in their own right, will be forever grateful.
warns that the pillars of US dynamism and competitiveness are being systematically toppled.
ЖЕНЕВА – После двух с половиной лет локдаунов, карантинов и обязательного ношения масок миллиарды людей во всем мире вернулись к своей нормальной жизни. Но во многом, это вновь обретенное чувство постпандемической нормальности вводит в заблуждение. Победа над COVID-19 не означает конец нашей нынешней эпохи глобальной нестабильности, это скорее конец начала.
Безусловно, важно помнить, что битва с COVID-19 еще далека от своего завершения. В 2022 году было инфицировано больше людей, чем в предыдущие два года вместе взятые, и хотя вакцины снизили уровень смертности, в этом году после заражения вирусом во всем мире умерли более миллиона человек. И по мере того, как правительства начинают внедрять обновленные ускорители, мир должен готовиться к серьезному осеннему всплеску и возможному появлению новых опасных вариантов.
Но даже если COVID-19 вскоре исчезнет, нашей целью не должно быть возвращение к прежнему статус-кво. В допандемическом мире правительства и сообщества были крайне плохо подготовлены – не только к смертоносному патогену, но и к взрывоопасному слиянию политического и экономического кризисов. Если мы будем и впредь рассматривать окончание этой пандемии как нашу единственную цель, новая нормальность будет столь же хрупкой, как и старая.
Мировые лидеры должны признать, что пандемия отнюдь не являясь исключением, может быть предвестником. Несмотря на то, что COVID-19 продолжает распространяться, вероятность новой пандемии каждый год увеличивается на 2%. Более того, угроза новых пандемий является лишь одной из нескольких надвигающихся катастроф, включая изменение климата, войну и отсутствие продовольственной безопасности, которые сговорились сделать социальную и экономическую стабильность делом прошлого. Попросту говоря, мир не готов.
В любом кризисе первоочередной задачей должна быть защита тех, кто подвергается наибольшему риску. Но, как показали COVID-19 и изменение климата, наиболее уязвимые из нас зачастую страдают в первую очередь. И если адекватные механизмы защиты не будут введены до того, как разразится кризис, беднейшие страны мира, скорее всего, получат помощь последними.
Пандемия является тому примером. Вместо того, чтобы заранее разработать справедливый глобальный ответ, лидерам пришлось бороться за обеспечение того, чтобы страны с низким уровнем дохода могли получить доступ к вакцинам. Несмотря на огромные проблемы, Центр глобального доступа к вакцинам против COVID-19 (COVAX) добился значительных успехов. На сегодняшний день COVAX поставил более 1,75 миллиарда доз вакцины в 146 стран. Из них 1,5 миллиарда пришлось на 92 страны с низким уровнем дохода. К январю 2022 года COVAX помог странам с низким уровнем дохода достичь среднего уровня вакцинации в 20%, достаточного для защиты наиболее уязвимых групп.
Introductory Offer: Save 30% on PS Digital
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Но в следующий раз, когда мы столкнемся с глобальным кризисом, мы должны действовать быстрее и решительнее. Крайне важно, чтобы любой потенциальный механизм защиты был полностью профинансирован или, по крайней мере, располагал заранее утвержденным резервным финансированием с тем, чтобы страны с низким уровнем дохода немедленно получили доступ к спасательным контрмерам. Однако разработка адекватных глобальных мер реагирования также требует изменения мышления. Даже сейчас, когда лидеры G20 планируют, как подготовиться к будущим пандемиям, нет никаких детальных предложений, касающихся того, как беднейшие экономики мира будут получать вакцины.
К счастью, сам COVAX предоставляет полезную модель для разработки будущих механизмов защиты. Считая своей основной целью защиту самых уязвимых людей в мире, COVAX помог обеспечить полную вакцинацию 63% пожилых людей и 75% медицинских работников в странах с низким уровнем дохода. Несмотря на то, что развертывание вакцинации могло пройти быстрее, тот факт, что 76% доз, доставленных в страны с низким уровнем дохода, поступили через COVAX, показывает, что без него могли бы пострадать сотни миллионов людей.
Но если бы COVAX был создан и полностью профинансирован до пандемии, его воздействие могло бы быть еще больше. COVAX работал, потому что он был построен на глобальных сетях здравоохранения, которые уже существовали и обладали ресурсами, опытом и инфраструктурой для развертывания быстрых глобальных усилий. Но эти усилия привели к предельной нагрузке на эти агентства. Если бы эти организации располагали потенциалом для оперативного реагирования и резервным финансированием, ответные меры могли бы быть более быстрыми и эффективными.
Готовность идти на риск имеет решающее значение. С помощью COVAX должностные лица обеспечили миллиарды доз вакцины, не зная, сработают ли эти вакцины и сколько доз потребуется. Но экономические, социальные и политические последствия того, что миллионы людей могут заболеть или оказаться перемещенными, обошлись бы гораздо дороже.
Несмотря на то, что модель COVAX не является универсальным решением для будущих бедствий, она все же предлагает полезные уроки, которые могут быть применены к кризисам, выходящим за рамки общественного здравоохранения. Например, субъекты частного сектора во главе с Stripe, Alphabet, Shopify, Meta и McKinsey изучают возможность использования Climate Advance Market Commitment, которое будет продвигать и инвестировать в климатические решения на основе инновационного механизма финансирования COVAX.
Какую бы политику мы ни проводили для того, чтобы подготовиться к будущим глобальным кризисам, мы должны делать это оперативно. Нравится нам это или нет, следующая катастрофа – это лишь вопрос времени. Подготовка к ней должна стать нашим новым обычным делом.