ЛОНДОН/НЬЮ-ЙОРК – Президент США Джо Байден заслуживает поздравлений за принятие США обязательств вновь присоединиться к глобальным усилиям по борьбе с изменением климата. Но Америка и остальной мир должны эффективно ответить на этот вызов. В связи с этим, правительственное распоряжение Байдена от 20 января об учреждении Межведомственной комиссии по определению социальной стоимости углерода является особенно важным шагом.
Задача группы состоит в разработке более точной оценки долларовых затрат для общества (и планеты) каждой тонны углерода или других парниковых газов, выбрасываемых в атмосферу. Число, называемое социальной стоимостью углерода (SCC), дает директивным органам и правительственным учреждениям базу для оценки выгод государственных проектов и нормативных актов, направленных на сокращение выбросов CO2, или любого проекта или нормативного акта, которые могли бы косвенно повлиять на выбросы.
Если рабочая группа в следствии расчетов придет к низкой цифре, многие проекты и нормативные акты по сокращению выбросов не будут реализованы, потому что их ценники превысят предполагаемые климатические выгоды. Поэтому жизненно важно получить правильную цифру - и под правильной мы подразумеваем более высокую, чем была в прошлом.
В целом, существуют два способа подсчитать эту стоимость. Одним из методов, применяемых администрацией президента Барака Обамы, является попытка напрямую оценить будущий ущерб от выброса дополнительной единицы углерода.
К сожалению, внедрение этого метода является чрезвычайно сложным. То, как это сделала администрация Обамы, было весьма неэффективно, что привело к тому, что оценка SCC оказалась слишком низкой, на уровне 50 долларов за тонну к 2030 году (в долларах 2007 года). Следовательно, даже до того, как Дональд Трамп стал президентом, мир – и США в частности – были на пути к тому, чтобы сделать совсем немного для борьбы с изменением климата.
Проблема заключалась в том, что администрация Обамы использовала модели комплексной оценки, которые, как следует из названия, объединяют экономику и науки об окружающей среде для расчета динамики экономики и климата в следующем столетии или более. Интеграция экономики и окружающей среды имеет огромное значение, но дьявол кроется в деталях. Эти модели показали себя ненадежными, генерируя самые разнообразные оценки, которые очень чувствительны к определенным допущениям.
At a time of escalating global turmoil, there is an urgent need for incisive, informed analysis of the issues and questions driving the news – just what PS has always provided.
Subscribe to Digital or Digital Plus now to secure your discount.
Subscribe Now
Например, важный результат одной популярной версии этих моделей заключается в том, что мы должны принять глобальное потепление в 3,5 градуса Цельсия по сравнению с доиндустриальным уровнем. Это значительно превышает предел в 1,5–2°C, установленный международным сообществом в Парижском соглашении по климату 2015 года. Фактически, Межправительственная группа экспертов по изменению климата подчеркнула, что риски, связанные с глобальным потеплением на 2°C, намного выше, чем при 1,5°C, поэтому очевидно, что риски при 3,5°C еще выше.
Повышение температуры на 3,5°C является результатом допущений, сделанных в модели, включая опасное нежелание серьезно отнестись к экстремальным рискам, которые неконтролируемое изменение климата представляет для нашей окружающей среды, жизни и экономики. Более того, модели для комплексной оценки не учитывают в достаточной мере потенциальную роль инноваций и увеличения отдачи от масштаба деятельности по борьбе с изменением климата.
Другая проблема методологии Обамы заключается в том, что она ставит в невыгодное положение будущие поколения. Значительная часть преимуществ от сокращения выбросов сейчас заключается в том, чтобы избежать риска опасного изменения климата через несколько десятилетий. Это означает, что мы должны спросить себя, насколько мы заботимся о наших детях и внуках. Если “немного”, тогда нам не нужно делать слишком много в этом направлении. Но если мы действительно заботимся о них, это должно быть надлежащим образом отражено в наших расчетах.
Формально, методология эпохи Обамы решала эту проблему, строя предположения о дисконтировании, показывая, насколько меньше будет стоить доллар в следующем году (и через год) по сравнению с сегодняшним днем. Администрация Обамы использовала годовую ставку дисконтирования в 3%, подразумевая, что, для того чтобы сэкономить 1 доллар за 50 лет, мы были бы готовы сегодня потратить всего 22 цента; чтобы сэкономить 1 доллар за 100 лет, мы будем готовы потратить менее пяти центов.
Не существует никаких этических оправданий тому, чтобы уделять так мало внимания благополучию будущих поколений. Но если взять в расчет риски, даже не существует экономического обоснования.
В конце концов, мы платим страховые взносы сегодня, чтобы избежать потерь завтра, то есть другими словами, снизить риски. Обычно мы платим, скажем, 1,20 доллар, чтобы в следующем году вернуть в среднем 1 доллар, потому что страховая компания предоставляет деньги тогда, когда мы в них нуждаемся – например, после автомобильной аварии или пожара в доме. При расходах, которые снижают будущие риски, соответствующая ставка дисконтирования низкая или может быть отрицательной, как в этом примере, когда потенциальные последствия могут привести к огромным разрушениям.
Тратить сегодня деньги на борьбу с изменением климата – все равно что покупать страховой полис, потому что он снижает риск будущих климатических бедствий. Таким образом, риск означает более низкую ставку дисконтирования и более высокую цену на углерод.
Теперь, когда администрация Байдена поставила перед собой международную цель ограничить глобальное потепление до 1,5–2°C, ей следует использовать второй, более надежный способ расчета SCC. Это просто цена, по которой мы сможем сократить выбросы настолько, чтобы предотвратить опасное нагревание мира.
Это цена, которая будет стимулировать инвестиции и инновации в необходимые нам низкоуглеродные технологии и поможет сделать наши города менее перегруженными и загрязненными. Потребуются многие другие дополнительные меры политики, включая государственные инвестиции и нормативные акты. Как подчеркнула в своем отчете за 2017 год международная комиссия по ценообразованию углерода, которую мы возглавляли, чем успешнее будет эта политика в сокращении выбросов CO2, тем ниже может быть цена на углерод в будущем. Но вероятнее всего, к 2030 году SCC будет ближе к 100 долларам за тонну, чем к 50 долларам за тонну, оцененных администрацией Обамы (с 3% ставкой дисконтирования). Установление SCC на верхнем пределе диапазона в 50-100 долларов, которое мы предложили в 2017 году, вполне уместно, учитывая, что цели Парижского соглашения по праву стали более амбициозными – ограничение потепления в 1,5°C и нулевых выбросов к 2050 году.
Может создаться мнение, что технические вопросы лучше оставить на усмотрение экспертов. Но слишком многие эксперты не смогли учесть масштаб климатических рисков, благополучие будущих поколений и возможности для действий в области климата при наличии надлежащих стимулов.
Администрация Байдена должна установить достаточно высокую цену за углеродное загрязнение, чтобы содействовать масштабному и безотлагательному принятию мер, необходимых для выполнения обязательств, взятых ею перед американцами и остальным миром. От этого зависит будущее нашей планеты.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
With German voters clearly demanding comprehensive change, the far right has been capitalizing on the public's discontent and benefiting from broader global political trends. If the country's democratic parties cannot deliver, they may soon find that they are no longer the mainstream.
explains why the outcome may decide whether the political “firewall” against the far right can hold.
The Russian and (now) American vision of "peace" in Ukraine would be no peace at all. The immediate task for Europe is not only to navigate Donald’s Trump unilateral pursuit of a settlement, but also to ensure that any deal does not increase the likelihood of an even wider war.
sees a Korea-style armistice with security guarantees as the only viable option in Ukraine.
Rather than engage in lengthy discussions to pry concessions from Russia, US President Donald Trump seems committed to giving the Kremlin whatever it wants to end the Ukraine war. But rewarding the aggressor and punishing the victim would amount to setting the stage for the next war.
warns that by punishing the victim, the US is setting up Europe for another war.
Within his first month back in the White House, Donald Trump has upended US foreign policy and launched an all-out assault on the country’s constitutional order. With US institutions bowing or buckling as the administration takes executive power to unprecedented extremes, the establishment of an authoritarian regime cannot be ruled out.
The rapid advance of AI might create the illusion that we have created a form of algorithmic intelligence capable of understanding us as deeply as we understand one another. But these systems will always lack the essential qualities of human intelligence.
explains why even cutting-edge innovations are not immune to the world’s inherent unpredictability.
ЛОНДОН/НЬЮ-ЙОРК – Президент США Джо Байден заслуживает поздравлений за принятие США обязательств вновь присоединиться к глобальным усилиям по борьбе с изменением климата. Но Америка и остальной мир должны эффективно ответить на этот вызов. В связи с этим, правительственное распоряжение Байдена от 20 января об учреждении Межведомственной комиссии по определению социальной стоимости углерода является особенно важным шагом.
Задача группы состоит в разработке более точной оценки долларовых затрат для общества (и планеты) каждой тонны углерода или других парниковых газов, выбрасываемых в атмосферу. Число, называемое социальной стоимостью углерода (SCC), дает директивным органам и правительственным учреждениям базу для оценки выгод государственных проектов и нормативных актов, направленных на сокращение выбросов CO2, или любого проекта или нормативного акта, которые могли бы косвенно повлиять на выбросы.
Если рабочая группа в следствии расчетов придет к низкой цифре, многие проекты и нормативные акты по сокращению выбросов не будут реализованы, потому что их ценники превысят предполагаемые климатические выгоды. Поэтому жизненно важно получить правильную цифру - и под правильной мы подразумеваем более высокую, чем была в прошлом.
В целом, существуют два способа подсчитать эту стоимость. Одним из методов, применяемых администрацией президента Барака Обамы, является попытка напрямую оценить будущий ущерб от выброса дополнительной единицы углерода.
К сожалению, внедрение этого метода является чрезвычайно сложным. То, как это сделала администрация Обамы, было весьма неэффективно, что привело к тому, что оценка SCC оказалась слишком низкой, на уровне 50 долларов за тонну к 2030 году (в долларах 2007 года). Следовательно, даже до того, как Дональд Трамп стал президентом, мир – и США в частности – были на пути к тому, чтобы сделать совсем немного для борьбы с изменением климата.
Проблема заключалась в том, что администрация Обамы использовала модели комплексной оценки, которые, как следует из названия, объединяют экономику и науки об окружающей среде для расчета динамики экономики и климата в следующем столетии или более. Интеграция экономики и окружающей среды имеет огромное значение, но дьявол кроется в деталях. Эти модели показали себя ненадежными, генерируя самые разнообразные оценки, которые очень чувствительны к определенным допущениям.
Winter Sale: Save 40% on a new PS subscription
At a time of escalating global turmoil, there is an urgent need for incisive, informed analysis of the issues and questions driving the news – just what PS has always provided.
Subscribe to Digital or Digital Plus now to secure your discount.
Subscribe Now
Например, важный результат одной популярной версии этих моделей заключается в том, что мы должны принять глобальное потепление в 3,5 градуса Цельсия по сравнению с доиндустриальным уровнем. Это значительно превышает предел в 1,5–2°C, установленный международным сообществом в Парижском соглашении по климату 2015 года. Фактически, Межправительственная группа экспертов по изменению климата подчеркнула, что риски, связанные с глобальным потеплением на 2°C, намного выше, чем при 1,5°C, поэтому очевидно, что риски при 3,5°C еще выше.
Повышение температуры на 3,5°C является результатом допущений, сделанных в модели, включая опасное нежелание серьезно отнестись к экстремальным рискам, которые неконтролируемое изменение климата представляет для нашей окружающей среды, жизни и экономики. Более того, модели для комплексной оценки не учитывают в достаточной мере потенциальную роль инноваций и увеличения отдачи от масштаба деятельности по борьбе с изменением климата.
Другая проблема методологии Обамы заключается в том, что она ставит в невыгодное положение будущие поколения. Значительная часть преимуществ от сокращения выбросов сейчас заключается в том, чтобы избежать риска опасного изменения климата через несколько десятилетий. Это означает, что мы должны спросить себя, насколько мы заботимся о наших детях и внуках. Если “немного”, тогда нам не нужно делать слишком много в этом направлении. Но если мы действительно заботимся о них, это должно быть надлежащим образом отражено в наших расчетах.
Формально, методология эпохи Обамы решала эту проблему, строя предположения о дисконтировании, показывая, насколько меньше будет стоить доллар в следующем году (и через год) по сравнению с сегодняшним днем. Администрация Обамы использовала годовую ставку дисконтирования в 3%, подразумевая, что, для того чтобы сэкономить 1 доллар за 50 лет, мы были бы готовы сегодня потратить всего 22 цента; чтобы сэкономить 1 доллар за 100 лет, мы будем готовы потратить менее пяти центов.
Не существует никаких этических оправданий тому, чтобы уделять так мало внимания благополучию будущих поколений. Но если взять в расчет риски, даже не существует экономического обоснования.
В конце концов, мы платим страховые взносы сегодня, чтобы избежать потерь завтра, то есть другими словами, снизить риски. Обычно мы платим, скажем, 1,20 доллар, чтобы в следующем году вернуть в среднем 1 доллар, потому что страховая компания предоставляет деньги тогда, когда мы в них нуждаемся – например, после автомобильной аварии или пожара в доме. При расходах, которые снижают будущие риски, соответствующая ставка дисконтирования низкая или может быть отрицательной, как в этом примере, когда потенциальные последствия могут привести к огромным разрушениям.
Тратить сегодня деньги на борьбу с изменением климата – все равно что покупать страховой полис, потому что он снижает риск будущих климатических бедствий. Таким образом, риск означает более низкую ставку дисконтирования и более высокую цену на углерод.
Теперь, когда администрация Байдена поставила перед собой международную цель ограничить глобальное потепление до 1,5–2°C, ей следует использовать второй, более надежный способ расчета SCC. Это просто цена, по которой мы сможем сократить выбросы настолько, чтобы предотвратить опасное нагревание мира.
Это цена, которая будет стимулировать инвестиции и инновации в необходимые нам низкоуглеродные технологии и поможет сделать наши города менее перегруженными и загрязненными. Потребуются многие другие дополнительные меры политики, включая государственные инвестиции и нормативные акты. Как подчеркнула в своем отчете за 2017 год международная комиссия по ценообразованию углерода, которую мы возглавляли, чем успешнее будет эта политика в сокращении выбросов CO2, тем ниже может быть цена на углерод в будущем. Но вероятнее всего, к 2030 году SCC будет ближе к 100 долларам за тонну, чем к 50 долларам за тонну, оцененных администрацией Обамы (с 3% ставкой дисконтирования). Установление SCC на верхнем пределе диапазона в 50-100 долларов, которое мы предложили в 2017 году, вполне уместно, учитывая, что цели Парижского соглашения по праву стали более амбициозными – ограничение потепления в 1,5°C и нулевых выбросов к 2050 году.
Может создаться мнение, что технические вопросы лучше оставить на усмотрение экспертов. Но слишком многие эксперты не смогли учесть масштаб климатических рисков, благополучие будущих поколений и возможности для действий в области климата при наличии надлежащих стимулов.
Администрация Байдена должна установить достаточно высокую цену за углеродное загрязнение, чтобы содействовать масштабному и безотлагательному принятию мер, необходимых для выполнения обязательств, взятых ею перед американцами и остальным миром. От этого зависит будущее нашей планеты.