БОСТОН – Изменение климата – это не единственный вялотекущий кризис, достигший критической точки из-за корпоративной жадности, плохого поведения отдельных лиц, тупика в международных переговорах и длительного отсутствия какого-либо понимания срочности со стороны общественности и политиков. Эти же факторы также способствовали резкому росту устойчивости к противомикробным препаратам (УПП).
Некоторые ученые отмечают сходство трудностей, связанных с решением проблемы изменения климата и УПП. Но до сих пор практически не обсуждался вопрос об ущербе, причиняемом конвергенцией этих кризисов.
Во всем мире люди, живущие в городских трущобах, сталкиваются с совокупными проблемами, обусловленными климатическими факторами и лекарствами, которые больше не действуют. Даже там, где правительства не контролируют лекарственно-устойчивые инфекции, местные врачи в этих общинах обращают внимание на эту проблему. Резистентные штаммы бактерий развиваются в этих районах из-за широкой доступности некачественных лекарств, чрезмерного использования антибиотиков, слияния сточных вод и питьевой воды.
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Не случайно бедные сообщества страдают от наиболее разрушительных последствий изменения климата или от того, что лекарственно-устойчивые инфекции, по всей вероятности, в непропорционально большей степени поражают группы с низким уровнем доходом. Однако изменение климата не является единственной глобальной проблемой, которая способствует росту УПП в неблагополучных сообществах.
Несмотря на наличие определенных доказательств (хотя и ограниченных), свидетельствующих о корреляции между изменением климата и конфликтами, связь между конфликтами и лекарственно-устойчивыми инфекциями хорошо известна. Конфликты переполняют больницы и делают лечение недоступным. Они также отравляют окружающую среду и позволяют размножаться новым штаммам бактерий. Сообщества в зонах конфликтов характеризуются высоким риском заражения и низкой вероятностью получения надлежащих антибиотиков.
Такие микроорганизмы, как грамотрицательные бактерии, появившиеся после второй войны в Персидском заливе, служат напоминанием о том, что конфликт остается мощным и недооцененным фактором распространения инфекций, устойчивых ко многим лекарственным препаратам. И вновь, его последствия больше всего ощущают на себе те, кто наиболее уязвим и не может перебраться в более безопасное место.
Если есть основания полагать, что изменение климата и конфликты взаимосвязаны, то можно с уверенностью предположить, что общины, пострадавшие от этих кризисов, также пострадают от несоразмерного бремени УПП.
Как и в случае с изменением климата и конфликтами, те, кто подвергается наибольшему риску устойчивости к антибиотикам, редко участвуют в дискуссиях о том, как с ней бороться. Планы действий, разработанные в мировых столицах, не связаны с реальностью на местах. Например, мелкие фермеры в Пакистане знают, что большинство доступных антибиотиков больше не действуют на их крупный рогатый скот или птицу, но они не знают, что с этим делать. И власти не предпринимают никаких усилий к тому, чтобы привлечь их к разработке жизнеспособного решения. Оставшись без каких-либо возможностей, эти фермеры продолжают увеличивать вводимые дозы или создают свои собственные лекарственные коктейли из доступных лекарств.
Давно назрела необходимость в подлинных глобальных усилиях в борьбе с УПП, полностью финансируемых и поддерживаемых политиками на всех уровнях. Недавние исследования предоставляют необходимые данные для того, чтобы вынести этот вопрос на передний план международной дискуссии. Но после более чем двух лет пандемии COVID-19, похоже, мало кто заинтересован в том, чтобы справиться с еще одним глобальным кризисом в области здравоохранения.
Возможно, одним из способов активизировать борьбу с УПП является не только обсуждение патогенов, но и повышение осведомленности о совокупных последствиях изменения климата, конфликтов и УПП на людей и планету. Совмещение этих кризисов представляет серьезную угрозу для здоровья как одних, так и других.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
US Treasury Secretary Scott Bessent’s defense of President Donald Trump’s trade tariffs as a step toward “rebalancing” the US economy misses the point. While some economies, like China and Germany, need to increase domestic spending, the US needs to increase national saving.
thinks US Treasury Secretary Scott Bessent is neglecting the need for spending cuts in major federal programs.
China’s prolonged reliance on fiscal stimulus has distorted economic incentives, fueling a housing glut, a collapse in prices, and spiraling public debt. With further stimulus off the table, the only sustainable path is for the central government to relinquish more economic power to local governments and the private sector.
argues that the country’s problems can be traced back to its response to the 2008 financial crisis.
БОСТОН – Изменение климата – это не единственный вялотекущий кризис, достигший критической точки из-за корпоративной жадности, плохого поведения отдельных лиц, тупика в международных переговорах и длительного отсутствия какого-либо понимания срочности со стороны общественности и политиков. Эти же факторы также способствовали резкому росту устойчивости к противомикробным препаратам (УПП).
Масштабы угрозы для здоровья человека, которые представляет УПП, трудно переоценить. Уже сейчас потеря активности или эффективности антибиотиков ежегодно приводит к почти 1,2 миллиона смертей. Это больше, чем ВИЧ или малярия.
Некоторые ученые отмечают сходство трудностей, связанных с решением проблемы изменения климата и УПП. Но до сих пор практически не обсуждался вопрос об ущербе, причиняемом конвергенцией этих кризисов.
Во всем мире люди, живущие в городских трущобах, сталкиваются с совокупными проблемами, обусловленными климатическими факторами и лекарствами, которые больше не действуют. Даже там, где правительства не контролируют лекарственно-устойчивые инфекции, местные врачи в этих общинах обращают внимание на эту проблему. Резистентные штаммы бактерий развиваются в этих районах из-за широкой доступности некачественных лекарств, чрезмерного использования антибиотиков, слияния сточных вод и питьевой воды.
Согласно некоторым сообщениям, изменение климата ведет к изменениям в динамике заболеваний и лекарственной резистентности. Хотя для установления этой связи необходимы дополнительные исследования, уже сейчас ясно, что изменение климата вынуждает людей переезжать в места с высокой плотностью населения, повышенным уровнем бедности и плохими санитарными условиями.
Эти условия идеально подходят для появления лекарственно-устойчивых заболеваний. Фактически, некоторые из наиболее серьезных вспышек в недавнем прошлом произошли в загрязненных городских районах в Южной Азии с низким уровнем доходов.
Introductory Offer: Save 30% on PS Digital
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Не случайно бедные сообщества страдают от наиболее разрушительных последствий изменения климата или от того, что лекарственно-устойчивые инфекции, по всей вероятности, в непропорционально большей степени поражают группы с низким уровнем доходом. Однако изменение климата не является единственной глобальной проблемой, которая способствует росту УПП в неблагополучных сообществах.
Несмотря на наличие определенных доказательств (хотя и ограниченных), свидетельствующих о корреляции между изменением климата и конфликтами, связь между конфликтами и лекарственно-устойчивыми инфекциями хорошо известна. Конфликты переполняют больницы и делают лечение недоступным. Они также отравляют окружающую среду и позволяют размножаться новым штаммам бактерий. Сообщества в зонах конфликтов характеризуются высоким риском заражения и низкой вероятностью получения надлежащих антибиотиков.
Такие микроорганизмы, как грамотрицательные бактерии, появившиеся после второй войны в Персидском заливе, служат напоминанием о том, что конфликт остается мощным и недооцененным фактором распространения инфекций, устойчивых ко многим лекарственным препаратам. И вновь, его последствия больше всего ощущают на себе те, кто наиболее уязвим и не может перебраться в более безопасное место.
Если есть основания полагать, что изменение климата и конфликты взаимосвязаны, то можно с уверенностью предположить, что общины, пострадавшие от этих кризисов, также пострадают от несоразмерного бремени УПП.
Как и в случае с изменением климата и конфликтами, те, кто подвергается наибольшему риску устойчивости к антибиотикам, редко участвуют в дискуссиях о том, как с ней бороться. Планы действий, разработанные в мировых столицах, не связаны с реальностью на местах. Например, мелкие фермеры в Пакистане знают, что большинство доступных антибиотиков больше не действуют на их крупный рогатый скот или птицу, но они не знают, что с этим делать. И власти не предпринимают никаких усилий к тому, чтобы привлечь их к разработке жизнеспособного решения. Оставшись без каких-либо возможностей, эти фермеры продолжают увеличивать вводимые дозы или создают свои собственные лекарственные коктейли из доступных лекарств.
Давно назрела необходимость в подлинных глобальных усилиях в борьбе с УПП, полностью финансируемых и поддерживаемых политиками на всех уровнях. Недавние исследования предоставляют необходимые данные для того, чтобы вынести этот вопрос на передний план международной дискуссии. Но после более чем двух лет пандемии COVID-19, похоже, мало кто заинтересован в том, чтобы справиться с еще одним глобальным кризисом в области здравоохранения.
Возможно, одним из способов активизировать борьбу с УПП является не только обсуждение патогенов, но и повышение осведомленности о совокупных последствиях изменения климата, конфликтов и УПП на людей и планету. Совмещение этих кризисов представляет серьезную угрозу для здоровья как одних, так и других.