КИГАЛИ – Еще недавно диагноз ВИЧ был смертным приговором. СПИД наряду с туберкулезом и малярией унес жизни миллионов людей и перегрузил системы здравоохранения по всему миру, особенно в Африке. Но мир объединился и дал отпор. Глобальный фонд для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией, созданный в 2002 году, представляет собой беспрецедентную историю успеха. Сотрудничество между развитыми и развивающимися странами, частным сектором, гражданским обществом и пострадавшими общинами спасло 44 миллиона жизней, а общий коэффициент смертности от этих трех заболеваний снизился более чем наполовину.
Спасение столь многих жизней имело огромное экономическое значение. По оценкам Глобального фонда, инвестиции в размере 1 доллара США посредством программ здравоохранения, которые он поддерживает, в течение трех лет принесут выгоду в области здравоохранения и экономическую прибыль в размере 31 доллара США. И поскольку большая часть его инвестиций приходится на Африку, выгоды будут распространяться по всему континенту.
К сожалению, пандемия COVID-19 остановила этот быстрый прогресс. Хотя уровень смертности на континенте не был таким катастрофическим, как многие опасались, пандемия оказала глубокое негативное воздействие на системы здравоохранения Африки и на борьбу со СПИДом, туберкулезом и малярией. Тестирование, диагностика и лечение этих заболеваний серьезно пострадали, что поставило под угрозу достижения предыдущих десятилетий. Например, показатель уровня смертности от малярии во всем мире в 2020 году увеличился на 13% достигнув уровня, невиданного с 2012 года. Если ситуация не изменится, разрыв в показателях здравоохранения и экономики между Африкой и остальным миром увеличатся.
Помощь из-за рубежа по-прежнему имеет жизненно важное значение. Если мы хотим обратить вспять потери, вызванные пандемией, и продолжить работу по спасению жизней, Глобальному фонду в течение следующих трех лет необходимо выполнить поставленную цель по сбору средств в размере 18 миллиардов долларов. В этом месяце на Конференции по пополнению Фонда соберутся представители стран-доноров, частного сектора и групп гражданского общества, стремящиеся подтвердить свои обязательства и обеспечить всеобъемлющую поддержку в борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией.
Однако внутренние инвестиции также имеют решающее значение для обеспечения устойчивости в области здравоохранения, особенно с учетом воздействия недавних глобальных потрясений как на страны с развитой экономикой, так и на страны с формирующимся рынком. С этой целью Глобальный фонд поддерживает такие инициативы, как Совещание лидеров африканских стран Африканского союза (ALM), которое выступает за увеличение внутренних ресурсов на цели здравоохранения.
В то время как Глобальный Север может рассчитывать на восстановление экономики после COVID, Африка по-прежнему отстает от остального мира в плане доступа к вакцинам и их использования. Континенту потребуется больше времени, чтобы полностью оправиться от пандемии. Тогда каким же образом в условиях неопределенных экономических перспектив – при падении ВВП Африки, росте инфляции и стремительном росте цен на продовольствие и энергоносители – правительства могут реально увеличить расходы на здравоохранение?
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Несмотря на то, что “серебряной пули” не существует, мы определили ряд мер, которые правительства могут предпринять для поощрения инвестиций в сектор здравоохранения.
Во-первых, восстановление экономики является благотворным циклом: рост ВВП позволяет больше инвестировать в здравоохранение, а более здоровое население более продуктивно. Следующие несколько лет могут быть непростыми, поскольку долгосрочные последствия пандемии и волновые последствия войны в Украине негативно сказываются на инвестициях и торговле. Однако полная реализация таких инициатив, как Африканская континентальная зона свободной торговли (AfCFTA), могла бы помочь снизить зависимость Африки от импорта продовольствия и топлива.
Следующим шагом поддержки местных систем здравоохранения было бы увеличение налоговых поступлений. Правительства многих африканских стран сталкиваются со значительным “налоговым разрывом” – разница между тем, что их налоговое законодательство теоретически должно обеспечить, и тем, что правительствам удается собрать. Устранение лазеек и повышение эффективности налогового администрирования являются действенными способами увеличения средств, выделяемых на здравоохранение.
Правительствам также следует выделять больше средств на здравоохранение. Лишь немногие африканские страны в настоящее время выделяют 15% своего национального бюджета на сектор здравоохранения – цель, установленная Абуджийской декларацией 2001 года. Это, в свою очередь, ограничивает их способность наращивать усилия по искоренению СПИДа, туберкулеза, малярии и других эпидемий и, таким образом, снижает их шансы на достижение Целей в области устойчивого развития (ЦУР) к 2030 году.
Частный сектор также должен внести свой вклад, будь то за счет корпоративных налогов, медицинского страхования, осуществляемого работодателем или программ охраны здоровья на рабочем месте. Частные компании получают огромную выгоду от оздоровления населения и, как мы видели во время пандемии COVID-19, могут понести огромные убытки, когда инфекционные заболевания выходят из-под контроля.
Безусловно, важно также повысить эффективность расходов на здравоохранение. Это потребует координации между министерствами финансов и здравоохранения. Министерства финансов могут содействовать планированию, составлению бюджета и расходованию средств, предоставляя четкую информацию об имеющихся ресурсах в среднесрочной перспективе и реагируя на меняющиеся потребности, включая чрезвычайные ситуации в области здравоохранения. В то же время, министерства здравоохранения могут разрабатывать более рациональные и эффективные с точки зрения затрат государственные программы.
Использование этих рычагов требует политического лидерства и постоянных усилий. Глобальный фонд оказывает непосредственную поддержку африканским общинам и правительствам в их работе по укреплению местных систем здравоохранения. Но ускорить усилия по искоренению СПИДа, туберкулеза и малярии к 2030 году может только сочетание международной помощи и внутреннего финансирования. И лишь положив конец этим эпидемиям, мы сможем дать толчок экономике Африки, укрепить защиту мира от будущих вспышек и освободить миллионы людей от бремени болезни.
To have unlimited access to our content including in-depth commentaries, book reviews, exclusive interviews, PS OnPoint and PS The Big Picture, please subscribe
Donald Trump’s attempt to reindustrialize the US economy by eliminating trade deficits will undoubtedly cause pain and disruption on a massive scale. But it is important to remember that both major US political parties have abandoned free trade in pursuit of similar goals.
argues that America’s protectionist policies reflect a global economic reordering that was already underway.
Donald Trump and Elon Musk's reign of disruption is crippling research universities’ ability to serve as productive partners in innovation, thus threatening the very system that they purport to celebrate. The Chinese, who are increasingly becoming frontier innovators in their own right, will be forever grateful.
warns that the pillars of US dynamism and competitiveness are being systematically toppled.
КИГАЛИ – Еще недавно диагноз ВИЧ был смертным приговором. СПИД наряду с туберкулезом и малярией унес жизни миллионов людей и перегрузил системы здравоохранения по всему миру, особенно в Африке. Но мир объединился и дал отпор. Глобальный фонд для борьбы со СПИДом, туберкулезом и малярией, созданный в 2002 году, представляет собой беспрецедентную историю успеха. Сотрудничество между развитыми и развивающимися странами, частным сектором, гражданским обществом и пострадавшими общинами спасло 44 миллиона жизней, а общий коэффициент смертности от этих трех заболеваний снизился более чем наполовину.
Спасение столь многих жизней имело огромное экономическое значение. По оценкам Глобального фонда, инвестиции в размере 1 доллара США посредством программ здравоохранения, которые он поддерживает, в течение трех лет принесут выгоду в области здравоохранения и экономическую прибыль в размере 31 доллара США. И поскольку большая часть его инвестиций приходится на Африку, выгоды будут распространяться по всему континенту.
К сожалению, пандемия COVID-19 остановила этот быстрый прогресс. Хотя уровень смертности на континенте не был таким катастрофическим, как многие опасались, пандемия оказала глубокое негативное воздействие на системы здравоохранения Африки и на борьбу со СПИДом, туберкулезом и малярией. Тестирование, диагностика и лечение этих заболеваний серьезно пострадали, что поставило под угрозу достижения предыдущих десятилетий. Например, показатель уровня смертности от малярии во всем мире в 2020 году увеличился на 13% достигнув уровня, невиданного с 2012 года. Если ситуация не изменится, разрыв в показателях здравоохранения и экономики между Африкой и остальным миром увеличатся.
Помощь из-за рубежа по-прежнему имеет жизненно важное значение. Если мы хотим обратить вспять потери, вызванные пандемией, и продолжить работу по спасению жизней, Глобальному фонду в течение следующих трех лет необходимо выполнить поставленную цель по сбору средств в размере 18 миллиардов долларов. В этом месяце на Конференции по пополнению Фонда соберутся представители стран-доноров, частного сектора и групп гражданского общества, стремящиеся подтвердить свои обязательства и обеспечить всеобъемлющую поддержку в борьбе со СПИДом, туберкулезом и малярией.
Однако внутренние инвестиции также имеют решающее значение для обеспечения устойчивости в области здравоохранения, особенно с учетом воздействия недавних глобальных потрясений как на страны с развитой экономикой, так и на страны с формирующимся рынком. С этой целью Глобальный фонд поддерживает такие инициативы, как Совещание лидеров африканских стран Африканского союза (ALM), которое выступает за увеличение внутренних ресурсов на цели здравоохранения.
В то время как Глобальный Север может рассчитывать на восстановление экономики после COVID, Африка по-прежнему отстает от остального мира в плане доступа к вакцинам и их использования. Континенту потребуется больше времени, чтобы полностью оправиться от пандемии. Тогда каким же образом в условиях неопределенных экономических перспектив – при падении ВВП Африки, росте инфляции и стремительном росте цен на продовольствие и энергоносители – правительства могут реально увеличить расходы на здравоохранение?
Introductory Offer: Save 30% on PS Digital
Access every new PS commentary, our entire On Point suite of subscriber-exclusive content – including Longer Reads, Insider Interviews, Big Picture/Big Question, and Say More – and the full PS archive.
Subscribe Now
Несмотря на то, что “серебряной пули” не существует, мы определили ряд мер, которые правительства могут предпринять для поощрения инвестиций в сектор здравоохранения.
Во-первых, восстановление экономики является благотворным циклом: рост ВВП позволяет больше инвестировать в здравоохранение, а более здоровое население более продуктивно. Следующие несколько лет могут быть непростыми, поскольку долгосрочные последствия пандемии и волновые последствия войны в Украине негативно сказываются на инвестициях и торговле. Однако полная реализация таких инициатив, как Африканская континентальная зона свободной торговли (AfCFTA), могла бы помочь снизить зависимость Африки от импорта продовольствия и топлива.
Следующим шагом поддержки местных систем здравоохранения было бы увеличение налоговых поступлений. Правительства многих африканских стран сталкиваются со значительным “налоговым разрывом” – разница между тем, что их налоговое законодательство теоретически должно обеспечить, и тем, что правительствам удается собрать. Устранение лазеек и повышение эффективности налогового администрирования являются действенными способами увеличения средств, выделяемых на здравоохранение.
Правительствам также следует выделять больше средств на здравоохранение. Лишь немногие африканские страны в настоящее время выделяют 15% своего национального бюджета на сектор здравоохранения – цель, установленная Абуджийской декларацией 2001 года. Это, в свою очередь, ограничивает их способность наращивать усилия по искоренению СПИДа, туберкулеза, малярии и других эпидемий и, таким образом, снижает их шансы на достижение Целей в области устойчивого развития (ЦУР) к 2030 году.
Частный сектор также должен внести свой вклад, будь то за счет корпоративных налогов, медицинского страхования, осуществляемого работодателем или программ охраны здоровья на рабочем месте. Частные компании получают огромную выгоду от оздоровления населения и, как мы видели во время пандемии COVID-19, могут понести огромные убытки, когда инфекционные заболевания выходят из-под контроля.
Безусловно, важно также повысить эффективность расходов на здравоохранение. Это потребует координации между министерствами финансов и здравоохранения. Министерства финансов могут содействовать планированию, составлению бюджета и расходованию средств, предоставляя четкую информацию об имеющихся ресурсах в среднесрочной перспективе и реагируя на меняющиеся потребности, включая чрезвычайные ситуации в области здравоохранения. В то же время, министерства здравоохранения могут разрабатывать более рациональные и эффективные с точки зрения затрат государственные программы.
Использование этих рычагов требует политического лидерства и постоянных усилий. Глобальный фонд оказывает непосредственную поддержку африканским общинам и правительствам в их работе по укреплению местных систем здравоохранения. Но ускорить усилия по искоренению СПИДа, туберкулеза и малярии к 2030 году может только сочетание международной помощи и внутреннего финансирования. И лишь положив конец этим эпидемиям, мы сможем дать толчок экономике Африки, укрепить защиту мира от будущих вспышек и освободить миллионы людей от бремени болезни.